С середины марта в российском тиктоке вирусятся ролики, где критикуют блокировку Telegram и WhatsApp, замедление YouTube, отключения мобильного интернета, которые месяцами происходили в разных регионах. В последние недели мобильный интернет впервые не работал и в Москве: издание The Bell* со ссылкой на источник пишет, что отключали его по приказу ФСБ. С февраля Роскомнадзор замедляет Telegram: полностью заблокировать мессенджер в России ведомство планирует с 1 апреля, сообщали СМИ со ссылкой на источники.
Вирусные ролики часто выглядят как ИИ-видео под протестные песни групп „Порнофильмы“ или IC3PEAK. Иногда фоном звучат речи политика Алексея Навального. В роликах всегда есть призыв выйти на улицу: в одном сценарии автор „потерял собаку“, в другом — кошелек, и предлагает зрителям вместе пойти его искать 29 марта на центральные площади российских городов.
Кто же организует митинги в стране, где активистов сажают за посты в соцсетях, а реальной оппозиции практически не осталось? Людей зовут на протесты в том числе через телеграм-канал „Алый лебедь“. Еще недавно о подобном движении никто не слышал: чат с таким названием появился 13 марта, а телеграм-канал — на следующий день, выяснило издание „Верстка“*. В телеграм-канале сейчас больше 9 тысяч подписчиков.
Что такое „Алый лебедь“?
„Верстке“ удалось верифицировать нескольких администраторов и волонтеров телеграм-канала, а также организаторов акции, которые значились в уведомлении, якобы поданном „Алым лебедем“ в мэрию Москвы. Все они молодые люди, не старше двадцати лет: есть среди них и подростки 14-15 лет.
Некоторые организаторы состоят в группе „ВКонтакте“ „Молодежь ЛДПР“ и сотрудничают с партией „Новые люди“, а один юноша выкладывает в соцсети ИИ-картинки, как он обнимается с Путиным, пишет „Верстка“.
Журналист Андрей Захаров* тоже пообщался с несколькими участниками „Алого лебедя“ и верифицировал их.
Он выдвинул две версии того, кто же призывает на эти митинги: „Первая — у истоков митингов стоят провокаторы силовиков, которые используют неравнодушных молодых людей. Вторая — митинги пытаются организовать молодые люди, которых достали блокировки, но их инициативой могут воспользоваться силовики и устроить провокацию. Например, навязать им устав, структуру, как это было в деле „Нового величия“ — то есть подвести под описание экстремистского сообщества“.
Действительно, внутри движения явно не все гладко. К нескольким администраторам „Алого лебедя“ — в том числе Софье Чепик и Степану Разину — 19 марта приходили полицейские, их возили в прокуратуру на „профилактическую беседу“.
А 23 марта в телеграм-канале „Алый лебедь“ появились сообщения о том, что их соцсети взломали. В этом активисты обвинили Z-блогера Владислава Позднякова, а также „предателей из старого оргкомитета“ (в их числе Софью Чепик), которые „продались ему“. Как раз в день предполагаемого взлома в аккаунтах „Алого лебедя“ появились просьбы финансово помочь движению: собрать донатами пытались 200 тысяч рублей.
Глава партии „Рассвет“ Екатерина Дунцова* заявила, что призывы на несогласованные митинги — это провокация. В условиях сегодняшней России, где сажают и за меньшее, выход на несогласованный митинг несет значительные риски для его участников. В эфире „Breakfast Show“ Дунцова сказала: „Партия „Рассвет“ последовательно говорит о том, что любые публичные акции должны быть согласованы. Каким бы репрессивным сегодня ни казалось законодательство — а оно такое и есть — мы все-таки должны оставаться в рамках закона. Скорее всего, это какая-то провокация. Об этом говорит то, что нет ни одного подтвержденного факта подачи заявки [на митинг от „Алого лебедя“]“.
Политик и основатель проекта „Штаб кандидатов“ Дмитрий Кисиев рассказал Би-би-си, что, по его мнению, „Алый лебедь“ — это молодые и неопытные люди, которые ищут способы заняться политикой. Но среди них нет реальных активистов „на земле“, которые остались в команде Кисиева еще с президентской кампании Бориса Надеждина в 2024 году.
Кто пробует согласовать митинги?
Основной массив заявок на митинги подают как раз активисты из команды Кисиева. По его словам, идея подать заявку на митинг пришла ему в голову 14 марта, еще до того, как он узнал о существовании паблика „Алый лебедь“. Как раз в это время стало ясно, что отключение интернете в Москве всерьез возмущает россиян.
„Отключения и блокировки касаются каждого, подавляющее большинство россиян против цензуры. Я вижу сейчас свою задачу в том, чтобы помочь людям разобраться в бюрократии и выстроить коммуникацию. Мы решили подать везде, где у нас есть люди“, — рассказал он: в итоге активисты из команды Кисиева подали заявки на митинги в 28 городах 17 регионов страны.
Но по большей части заявок активисты получили отказ. Например, в подмосковных городах (Химках, Красногорске, Долгопрудном, Мытищах, Королеве) отказали, ссылаясь на ковидные ограничения, которые формально в Московской области так и не отменили, хотя с конца пандемии прошло уже 4 года. „Все ответы одинаковы — и выглядят как издевательство“, — сказал про это Борис Надеждин, показав в телеграм-канале копию ответа.
В других регионах к выбору оснований для запрета митингов подошли более изобретательно. В Казани местному „Яблоку“ отказали на том основании, что сама цель митинга незаконна. В Иркутске — „в связи с распространением недостоверной информации“.
Кое-где согласовать акции все же удалось: на момент написания материала разрешение получили в Краснодаре, Владимире, Пензе и Якутске. Правда, горадминистрация Краснодара отозвала заявку: они ссылаются на „соображения безопасности“. А во Владимире городские власти заявили, что в городском „гайд-парке“ в воскресенье пройдет уборка — и предложили перенести митинг на 1 апреля. Организаторы согласились. В Якутске организаторы пока не договорились с властями о месте проведения акции.
Даже нести заявку на согласование акции небезопасно. Заявителя митинга в защиту Telegram в Ростове Евгения Маковоза отправили под арест на 10 суток: его обвинили в мелком хулиганстве, сопряженном с неповиновением силовикам. По данным издания „Слово защите“, у него дома провели обыск, а его самого избили.
20-летняя заявительница митинга в городе Волжском по имени Варвара (она не раскрывает свою настоящую фамилию) писала у себя в телеграм-канале, что к ней на работу пришли силовики и заставили подписать „предупреждение не лезть в политику“. А в митинге ей отказали на том основании, что „гайд-парка“ в городе нет вовсе — при этом одиннадцать лет назад, когда власти придумали сделать в каждом городе выделенное место для митингов без согласований, его планировали строить.
Тем временем парламентские партии также пытаются воспользоваться ситуацией, ведь в сентябре в России пройдут выборы в Госдуму.
Первым из российских системных политиков против ограничения работы Telegram выступил председатель „Справедливой России“ Сергей Миронов, сделав это еще в феврале. Правда, он говорил не о защите права на информацию. „Кто делает замедление Telegram? Идите на передовую, на СВО, — заявил Миронов. — Ребята, которые кровь проливают, — у них связь единственная с родными и близкими [через телеграм]. Вы что делаете, идиоты?“. Миронов к тому же направил обращение в Совбез РФ, чтобы там оценили целесообразность блокировок „Роскомнадзора“.
Позже, уже в марте, лидер ЛДПР Леонид Слуцкий рассказал, что партия разработала законопроект о праве граждан на доступ к интернету, свободу выражения мнений в сети, выбор способов общения и защиту персональных данных.
Впрочем, глава „Лиги безопасного интернета“ Екатерина Мизулина называет предстоящие митинги „провокацией с территории Украины“.
Как сообщали СМИ со ссылкой на источники, Роскомнадзор планирует полностью заблокировать телеграм в России с 1 апреля. Но Дмитрий Кисиев и его соратники планируют подавать заявки на митинги и после этой даты, на каждые выходные — за свободу информации и против цензуры. „У нас после первой волны уведомлений сформировался оргкомитет из заявителей, который продолжит работать при последующей организации протестов“, — рассказал Кисиев Би-би-си.
В преддверии митингов в центре Москвы заработал-таки мобильный интернет.